УДК 82

ОБРАЗ МЕЧТАТЕЛЯ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ «ГОСПОЖА БОВАРИ» Г. ФЛОБЕРА И «ХИТРОУМНЫЙ ИДАЛЬГО ДОН КИХОТ ЛАМАНЧСКИЙ» М. СЕРВАНТЕСА

Скрипкарь Мария Викторовна
Забайкальский государственный университет

Аннотация
В статье рассматривается образ мечтателя в произведениях «Госпожа Бовари» Г. Флобера и «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» М. Сервантеса.Раскрыто содержание понятий "боваризм"и "донкихотство". На основе анализа литературных произведений выявлены мечты различных социальных слоев 16-19 веков.

Ключевые слова: боваризм, донкихотство, мечта


THE IMAGE OF THE DREAMER IN THE WORKS OF "MADAME BOVARY" BY FLAUBERT AND "INGENIOUS HIDALGO DON QUIXOTE DE LA MANCHA" CERVANTES

Skripkar Maria Viсtorovna
Transbaikal State University

Abstract
The article deals with the image of the dreamer in the works of "Madame Bovary" by Flaubert and "Ingenious Hidalgo Don Quixote de la Mancha" M. Servantesa.Raskryto content concepts "bovarizm" and "quixotic". Based on the analysis of literary works identified dreams of various social strata of 16-19 centuries.

Библиографическая ссылка на статью:
Скрипкарь М.В. Образ мечтателя в произведениях «Госпожа Бовари» Г. Флобера и «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» М. Сервантеса // Филология и литературоведение. 2014. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://philology.snauka.ru/2014/04/759 (дата обращения: 03.05.2017).

На протяжении длительного времени мечты рассматривались, как правило, в негативном аспекте, как иллюзии, уводящие человека от реальности и побуждающие его совершать нелогичные действия, не самым благоприятным образом сказывающиеся на его жизни [1].

Такое представление о мечтах часто встречается в художественной литературе разных эпох и стран. Начиная с античности драматурги изображали мечтающего человека как героя, подверженного многочисленным бедам и страданиям, выражая к персонажам, склонным мечтать, сочувствие или осыпали их насмешками [2].

После выхода в свет в 1856 г. романа Гюстава Флобера “Госпожа Бовари”, который стал в некотором роде знаковым произведением в эволюции представлений общественности о мечтах и мечтателях, появился термин “боваризм”. Название этого состояния в 1921 г. дал Жюль де Готье по имени главной героини романа Г. Флобера “Госпожа Бовари” – Эммы Бовари. Жюль  де  Готье  назвал  боваризмом  “умонастроение  тех,   кто   тщится вообразить себя иным, нежели он есть  в  действительности” .

Современный отечественный психолог С.Ю. Головин определяет боваризм как термин, означающий “клиническое состояние, характерное потерей способности проводить четкую грань между действительностью и фантазией, склонность подменять реальное воображаемым. При этом воображаемый мир может иметь как положительную валентность (“грезы желаний”), так и отрицательную (“фантазии страхов”).

Таким образом, боваризм характерен для индивидов, которые настолько увлекаются мечтаниями, что практически перестают различать грань между мечтами и действительностью. Мечта, какой бы иллюзорной она ни была, занимает центральное положение в жизни мечтателя, что подтверждается историей Эммы Бовари, изложенной французский писателем Г. Флобером.

Эмма Бовари – дочь фермера, с детства увлекалась романами о любви и приключениях.

Популярные писатели романисты Вальтер Скотт и Альфонс де Ламартин сформировали у Эммы представления о том, что значит счастье и какой должна быть ее жизнь: полная страстей, как у героини романа “Айвенго” Ровены.

По выражению А. Моруа: “Эмма ждет от жизни не того,  что  жизнь может ей дать, но того, что  сулят  авторы  романов,  поэты,  художники  и путешественники. Она верит в счастье, в необычайные страсти,  в  опьянение любовью, ибо эти слова, вычитанные в книгах,  показались  ей  прекрасными”[3] .

Таким образом, действительность оказывается слишком далека от той социальной реальности, которую Эмма рисовала в своих мечтах.

Вместо статуса богатой аристократки и высокого положения в обществе, Эмма становится женой врача, вынужденной заниматься бытовыми вопросами, не соответствующими картине идеальной жизни ее мечты. Однако следует отметить, что Эмма выходит замуж за врача по доброй воле. В связи с этим интересно предположение Вольтера о том, что  “женщины  только  и мечтают, что о любви красивого, молодого щедрого человека, но,  будучи  по натуре продажными и боязливыми, уступают, стремясь разбогатеть или спасти жизнь, и дряхлому инквизитору, и солдату” .

Не в силах примириться с реальностью, Эмма страдает, терзаемая неудовлетворенными потребностями.

А. Моруа отметил по этому поводу: ” Эмма  не желает видеть того, что ее окружает. Она грезит о совсем иной жизни  и  не желает жить той жизнью, какая ей дана”[3] .

Предпринимая попытки воплотить свои мечты в жизнь, женщина сталкивается с приземленными проблемами, ее мечты “как раненные ласточки, падают в грязь” . Разочарование и жизненные неурядицы приводят Эмму к самоубийству.

  Как отмечает Андре Моруа в произведении “Литературные портреты”, “истинный сюжет “Госпожи Бовари”  – это все растущий разрыв   между реальными обстоятельствами и мечтой. Эмма мечтает полюбить Тристана или Ланселота, а встречает она Родольфа – человека посредственного, затем  Леона, который еще того хуже; в конце концов она попадает в лапы  перекупщика Лере, в котором воплощена самая отвратительная действительность. Флобер наказывает свою героиню не столько за то, что она предавалась мечтам, сколько за  то, что она попыталась осуществить свои мечты”[3] .

Роман “Госпожа Бовари” вызвал широкий общественный резонанс.  После опубликования романа автор и издатели были обвинены в оскорблении морали и вместе с редактором журнала “Ревю де Пари”, в котором  с 1 октября по 15 декабря 1856 г. печатался роман, привлечены к суду в январе 1857 г. Скандальная известность произведения сделала его популярным, а оправдательный приговор от 7 февраля 1857 г. сделал возможным последовавшее в том же году опубликование романа отдельной книгой. Столь острый интерес к произведению был вызван тем, что представленные в романе взгляды на проблемы мечты отразили господствующее в обществе мнение о бессмысленности,  глупости и вреде мечтаний.

В дальнейшем Бовари стало именем нарицательным, встав в один ряд с понятиями “Дон Кихот” и “донкихотство”.

Роман “Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский” был написан испанским писателем Мигелем де Сервантесом Сааведрой в 1604 г. (1 том) и в 1613 г. (2 том).

Сюжет романа сводится к следующему:

“Немолодой идальго Алонсо Кихана, всю жизнь проживший в небольшой деревне в провинции Ла Манча, перечитав большое количество посвященных теме рыцарства романов, воображает себя героем одного из таких произведений и решает отправиться на поиски приключений. Емолодой лошади он дает новое имя – Росинант и берет себе в оруженосцы крестьянина Санчо Пансу. Крестьянку Альдонсу Лоренсо Дон Кихот объявляет своей прекрасной дамой Дульсинеей Тобосской. В первой части романа совершает два выезда: принимает постоялый двор за замок, нападает на ветряные мельницы и стада баранов, в которых видит злых великанов и волшебников. Ближайшее окружение принимают Дон Кихота за сумасшедшего, его бьют и унижают. Третий выезд Дон Кихота описан во второй, более драматичной части романа, которая заканчивается смертью Дон Кихота” .

Как и у Эмма Бовари, мечты Дон Кихота сформированы под воздействием романов, которые он читал в неизмеримом количестве.

Как и Эмма Бовари, Дон Кихот не соглашается мириться с действительностью и предпринимает попытки воплотить свои мечты в жизнь. Идальго утрачивает способность проводить четкую грань между действительностью и фантазией и подменяет реальное воображаемым.

С этой точки зрения Дон Кихот представляет собой идеальный пример боваризма в чистом виде.

Постепенно Дон Кихотом овладевает неизбежное разочарование.

“Рыцарские добродетели оказываются всего лишь смешными иллюзиями в мире мелочного расчета и трезвой, скупой практичности” .

Таким образом, можно прийти к выводу, что Дон Кихот страдает высшей степенью “боваризма”.

Однако в романе Сервантеса изображен и другой тип мечтателя, который вызывает не менее сильный интерес, отражая мечтания рядового жителя средневековой Европы.

Санчо Панса – крестьянин-оруженосец Дон Кихота лелеет мечту стать богаче и занять более высокий статус в обществе. “Он  променял свое крестьянское житье на ослиное седло оруженосца исключительно в мечтах о скором обогащении и возвышении над своим сословием” .

Мечты Санчо Панса олицетворяют мечтания о “стране изобилия”, которые все еще были немало распространенны среди незажиточного крестьянства.

После выхода романа Сервантеса образ Дон Кихота становится популярным в мировой литературе. Он появляется: в комедии Генри Филдинга “Дон Кихот в Англии” (1734 г.), романах Ч. Диккенса “Посмертные записки Пиквикского клуба” (1836 г.), Ф.М. Достоевского “Идиот” (1868 г.), А. Доде  “Тартарене из Тараскона” (1872) А.Доде и многих других.

А в психологии появляется термин “донкихотство”.

В настоящее время существуют следующие трактовки феномена “донкихотства”:

1) отсутствие чувства реальности;

2) нежелание приспосабливаться к действительности, преследование мечты, какой-бы иллюзорной она ни была;

Интересным фактом является то, что глагол “донкишотствовать” в значении “сумасбродствовать” был введен в русский обиход еще Державиным в посвященной Екатерине Великой “Оде к Фелице”:

В 1966 г. в повести Р. Шекли “Обмен разумов” как противоположность донкихотству был введен термин пансаизм (от имени Санчо Панса) или “метафорическая деформация” – галлюцинаторное восприятие фантастической действительности как нормальной жизни.

Подводя итог, необходимо отметить, что по своей сущности “боваризм” и “донкихотство” схожи: они отражают состояние человека, погруженного в мечты и заменяющего последними реально достижимые цели.

“Дон Кихот” Сервантеса и “Госпожа Бовари” Флобера представили господствующие в обществе и в среде научной общественности Европы следующие представления о мечте [4]:

1) мечта есть иллюзия, которая всегда оторвана от реальности;

2) мечтатели – это несчастные, страдающие люди, обреченные на несчастливый конец своей жизни;

3) чтение светских романов приносит вред читающему, формируя в сознании последнего неверные представления о смысле жизни.

Названные произведения Сервантеса и Флобера имеют для нашего исследования высокую ценность еще по одной причине: они отразили и распространенные среди населения в те времена мечты, а также выявили ярко выраженную гендерную специфику мечтаний.

Несмотря на то, что мечтания осуждались обществом в целом, а также философами и учеными, люди продолжали мечтать, и представление об их мечтах нам дают романы Сервантеса и Флобера.

Итак, образованные, но относящиеся к сословию обедневшей аристократии, девушки и женщины были склонны мечтать о:

1) вечной великой любви, которую бы они разделили с мужчиной, обладающим следующими обязательными чертами: красота, богатство, известность, сила, мужество, ум, доброта;

2) красоте и молодости, всеобщем внимании и обожании, многочисленных поклонниках;

3) красивых и дорогих платьях, украшениях и других предметах роскоши.

Принадлежащие к аналогичному сословию мужчины мечтали о:

1) подвигах, великих свершениях и победах;

2) общественном признании и славе;

3) спокойном семейном очаге и любимой женщине.

Представители низших сословий мечтали о:

1) обеспеченной жизни без необходимости работать;

2) высоком положении, уважении и зависти со стороны соседей и знакомых;

3) изобилии в еде, питье и предметах пользования.

Мечты последних порой доходили до абсурдного: винные ручьи, колбаса на деревьях и т.д., что в целом соответствует мечтам о “стране изобилия”[5].

Выявленные путем анализа произведений Сервантеса и Флобера мечты различных социальных слоев позволяют определить через уровень удовлетворенности потребностей уровень удовлетворенности существующей социальной реальностью и своего положения и роли в ней.

Уровень удовлетворенности бедной аристократии социальной действительностью трудно назвать высоким. Распространенные в женской среде мечты свидетельствуют о неудовлетворенности базовых потребностей в любви и безопасности, в мужской – престиже и общественном признании.

Что касается низших сословий, то здесь неудовлетворенны как базовые физиологические потребности, так и более высокие – в признании, уважении.

Таким образом, разнообразные общественные слои испытывали неудовлетворенность своим социальным статусом, положением и ролью, которую они играют в обществе. Отражением этой неудовлетворенности являются мечты, и здесь нельзя не согласиться с предположением А. Гелена и З. Фрейда – мечтают только несчастливые.


Библиографический список
  1. Скрипкарь М.В. Мечта как социологическая категория // Alma mater (Вестник высшей школы). 2013. № 9. С. 108-110.
  2. Скрипкарь М.В. Социально-философские подходы к исследованию мечты // Экономика, социология и право. 2012. № 12. С. 178.
  3. Моруа А. Литературные портреты. – М.: Прогресс, 1970.  – 453 с.
  4. Скрипкарь М.В. Утопические проекты IV-XVII вв. как мечты о справедливой социальной реальности  // Международный научно-исследовательский журнал. 2012. № 7-2 (7). С. 81-82.
  5. Скрипкарь М.В. Общественные мечты: от «золотого века» к «стране изобилия» // Социосфера. 2013. № 1. С. 128-130.


Все статьи автора «Yahondra»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: