УДК 81'367.628

СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ МЕЖДОМЕТИЙ В РОМАНЕ Б. АКУНИНА «ФАНТАСТИКА»

Крылова Мария Николаевна
Азово-Черноморская государственная агроинженерная академия
кандидат филологических наук, доцент кафедры профессиональной педагогики и иностранных языков

Аннотация
В статье проанализированы стилистические функции междометий в художественном тексте на материале романа Б. Акунина «Фантастика». Выделены функция передачи эмоций героя и его отношения к действительности, функция создания динамики, функция усиления, оценки, организации общения, передачи состояния героя, функция организации текста и т. п.

Ключевые слова: междометие, речевая характеристика, стилистическая окраска, стилистические функции, художественный текст, экспрессивность, эмоции


THE STYLISTIC FUNCTIONS OF INTERJECTIONS IN THE NOVEL B. AKUNIN «FANTASTIKA»

Krylova Maria Nikolaevna
Azov-Black Sea State Agroengineering Academy
PhD in Philological Science, Assistant Professor of the Professional Pedagogy and Foreign Languages Department

Abstract
The article analyzes the stylistic functions of interjections in a literary text based on the novel B. Akunin "Fantastika". The functions of interjections, which are highlighted in the article: the transfer of emotion the hero and his relationship to reality, the function of creating dynamic, function of gain , evaluate, communicate, transfer of condition of the hero, the function of the organization of the text, etc.

Keywords: emotions, expressiveness, interjection, literary text, speech characteristic, stylistic coloring, stylistic functions


Библиографическая ссылка на статью:
Крылова М.Н. Стилистические функции междометий в романе Б. Акунина «Фантастика» // Филология и литературоведение. 2013. № 8 [Электронный ресурс]. URL: http://philology.snauka.ru/2013/08/551 (дата обращения: 29.04.2017).

С помощью языка человек передаёт другим людям не только свои мысли, но и отношение к происходящему и наблюдаемому, свои чувства, оценки, желания. Язык немыслим без передачи эмоций, так как именно то, что волнует и тревожит, возмущает и ранит, заставляет нас говорить, общаться. Через эмоции мы выражаем нашу связь с миром, формируем представление о нашем месте в нём. Текст, художественный, разговорный, публицистический, всегда в той или иной мере эмоционально окрашен. Выражаемые нами эмоции передаются огромным количеством разнообразных языковых средств, среди которых междометие занимает важное место.

Восприятие и понимание языковых средств, используемых для выражения эмоций, – одна из актуальных задач реципиента. Проблема адекватного понимания текста является в настоящее время одной из основных проблем филологии. О.С. Сорокина отмечает: «Без понимания как особого состояния субъекта невозможно продолжение общения, координация действий и вообще любые осмысленные действия и воздействия» [1, с. 164]. Для того, чтобы понять авторский замысел, авторскую идею, нужно глубоко проникнуть в словесную ткань произведения, что возможно сделать в первую очередь через анализ используемых автором языковых средств, в том числе междометий.

Междометие представляет собой малоизученный грамматический класс слов. Как отмечает Р.И. Бабаева, анализируя историю изучения междометий, «дискуссии вызывали вопросы, является ли междометие словом, можно ли считать этот разряд слов частью речи, каков состав этого класса и т. д.» [2, с. 331]. Исследование междометия и его роли в тексте может способствовать решению названных вопросов и проблем.

Творчество Бориса Акунина является ярчайшей составляющей современной популярной художественной литературы. Один из самых читаемых авторов, Акунин демонстрирует своими романами образец художественного вкуса, фантазии и творчества в области сюжета и словесного оформления своих произведений.

Роман «Фантастика» относится к проекту Б. Акунина «Жанры»: автор планирует создать по одному качественному произведению в каждом из современных жанров (фантастика, шпионский роман, детская книга, женский роман и т. п.). Роман «Фантастика» посвящён описанию воздействия на человечество инопланетной цивилизации, то есть демонстрирует один из классических фантастических сюжетов.

Ранее нами уже рассмотрены стилистические функции междометий в романе Б. Акунина «Алтын-Толобас» [3]. В романе «Фантастика» нами обнаружено 110 междометий, причём в данное количество вошли только эмоциональные и императивные междометия.

В соответствии с общеязыковыми тенденциями, междометия в романе «Фантастика» служат в первую очередь передаче разнообразных эмоций: «Бе-е, блевать охота» (отвращение); «Слава богу, будет это нескоро, лет через двадцать» (облегчение); «Эх, раньше надо было додуматься» (сожаление); «А-а, – разочаровался Серёга» (разочарование); «Ах, какой волшебный марш играл сейчас у Дарновского внутри…» (восхищение); «Ого. Джины-то – настоящий «Мильтон», с тигром на лейбле. Поди, в «Детском мире» очередь отстоял? Поздравляю» (ирония вытесняет характерное обычно для этого междометия значение удивления); «Ах так?» (злорадство, желание отомстить); «Ну что, Робчик? – Нормально. – Ура (торжество); «Ах, Алина, Алина…» (укор); «Петька заморгал. Ага! В десятку!» (удовольствие, злорадство); «А, так это рогатка!» (догадка); «Мымра крашеная: “Ой!” – и тоже прикрыла глаза ладонями» (сожаление о произнесённом) и т. п. Эмоции человека всегда были частью художественного пространства, и роль междометий в выражении эмоций в художественном тексте является определяющей.

Достаточно часто встречаются у Акунина побудительные междометия: «Стоп. Стоп. Стоп. Спокойно; Внезапно всего передёрнуло. Стоп(побуждение остановиться, перестать что-то делать); «Ну, счастливчик, рассказывай»; «Синие буквы на белом фоне. Ну-ка, интересно»; «Ну-ка, встали…»; «Ну-ка, развернись. Посвети сюда дальним»; «Очки у него были особенные… Поди-ка, подсмотри через такие в глаза»; «Ну-ка, ну-ка, куда его зовёт музыка?»; «Ну-ка, проверим реакцию. Лови» (желание привлечь внимание, призвать к действию); «Эй, ребята! Что это у вас тут творится?»; «Эй, Володя, давай сюда» (побуждение обернуться, оклик); «Солнце слепит? На-ка, надень» (побуждение что-то взять).

Основное назначение побудительных междометий, их стилистическая функция – создание динамики повествования, что особенно характерно для наиболее часто встречающегося междометия ну. С его помощью герой призывает совершать различные действия: говорить, повернуться, поразмышлять, наблюдать и под. Добавление частицы -ка смягчает междометие ну. При всей отмечаемой учёными сложности разграничения частицы ну и междометия ну, нам представляется, что в приведённых выше примерах используется именно междометие, так как налицо выражение им побуждения.

Императивные междометия обслуживаю потребности героев привлечь к себе внимание, побудить другого героя что-то сделать. Несмотря на это, они сочетают функцию побуждения с эмоциональной функцией, особенно когда в одной реплике совмещаются эмоциональное и побудительное междометие: «Хм, безумству храбрых, – промурлыкал Борис Сергеевич, глядя на него поверх очков своими серыми глазами. – Ну-с, Сан-Стефанский мир»; «Лёха, блин! Ну выйди же, помоги!». Именно в данном случае наиболее ярко проявляется такая функция междометий, как организация общения, состоящая в том, что междометия «обеспечивают организацию речевого общения и самым непосредственным образом отражают процесс взаимодействия говорящего и слушающего» [4, с. 73].

Также междометия используются Акуниным с целью передачи отношения героев к действительности. Например: «Хм. Не нравится мне это»; «О, происходящее его уже не удивляло». Эмоциональный характер междометия позволяет выразить это отношение ярко, контрастно, живо, экпрессивно. По сути, всякая эмоция – это уже отношение, непроизвольное, на уровне подсознания, выражение внутреннего состояния героя; словесное высказывание того, что только промелькнуло и ещё не оформилось в виде связной мысли.

Междометия в романе различаются в речи различных героев, служат стилистическим средством речевой характеристики героев, то есть мы можем наблюдать создаваемое в романе с их помощью многоголосие, полифонию. К проблеме звучания в произведении голоса автора и героев в их соотношении, которое может быть названо «полифонией», а также способов проявления авторского начала обращались многие исследователи. У истоков этого подхода – работы М.М. Бахтина, посвящённые стилистике романа и относимые с большой долей допустимости и к другим прозаическим жанрам. М.М. Бахтин писал: «Роман как целое – это многостильное, разноречивое, разноголосое явление. Исследователь сталкивается в нём с несколькими разнородными стилистическими единствами, лежащими иногда в разных языковых планах и подчиняющимися разным стилистическим закономерностям» [5, c. 46]. Именно разные голоса, звучащие в произведении, и языковые способы их выражения (через междометия) привлекают наше внимание.

Один из главных героев романа, Роберт Дарновский, учится в специализированной английской школе и хорошо владеет английским языком, поэтому в его речи и в речи его одноклассников мы видим английские междометия. Например: «Wow, Дарновский! Робин-Бобин! И очки те же самые!»; «Окей, уселись». В первом примере мы видим даже написание междометия буквами латиницы, то есть перед нами варваризмы, с помощью которых автор стилизует речь англизированных или американизированных воспитанников спецшколы.

Второй главный герой повествования, Сергей Дронов, в течение всего романа противостоящий Дарновскому, отличается от Дарновского по уровню образования. Это учащийся техникума, в дальнейшем спортсмен, уровень умственного развития которого, по замечанию одного из героев романа, в два раза ниже. Акунин мастерски создаёт портрет «простого парня», резкого и прямолинейного, используя с этой целью различные языковые средства, в том числе определённый набор междометий: «Тогда допёр: ё-моё, это ж у меня в башке щёлкает!»; «Ёлки, до обеда ещё два часа»; «Ёлки! – чуть не всхлипнул Сергей»; «Ёлки, это что за фигня? – ошарашенно спросил Сергей». Как видим, основным междометием, характеризующим речь Дронова, является производное междометие ёлки, являющееся эвфемизмом нецензурного ругательства.

В речи Дарновского, напротив, наблюдаются междометия, характеризующие его как представителя интеллигенции, грамотного, рассудительного человека: «Поздравляю, Роберт Лукич, с пошлостью. Фи!»; «Эврика! Вот за этот хвост мы их и уцепим»; «Что после? Ах да, Нина»; «Увы, звучала только музыка, почему-то печальная». Однако в моменты наибольшего напряжения сюжета, эмоционального накала, в речи Дарновского тоже появляются просторечные междометия: «Ёкэлэмэнэ, а ведь захочу – моя будет. Дочка самого Зайчицкого!» (герой потрясённо делает вывод о своих новых практически неограниченных возможностях, состоящих в умении слышать чужие мысли); «Ёлки, да она красавица, фантастическая красавица, потрясённо подумал Роберт» (герой снова потрясён, данное предложение представляет собой вывод, который он делает после описания внешности девушки). Междометие ёлки, употреблённое Дарновским, уравнивает его с Сергеем Дроновым, любимым междометием которого, как мы видели выше, также является слово ёлки. Это соответствует дальнейшему развитию сюжета: герои влюбляются в одну и ту же девушку и начинают бороться за её любовь.

Стилизует автор и речь второстепенных героев, например, встречающихся в романе несколько раз врачей: «Ну-ка, подними подбородок. Сюда смотри»; «Ну, а как общее самочувствие, везунок? Не мутит? В глазах не двоится?»; «Нуте-с, давайте разберёмся… Ну-ка, откинься, лежи и не шевелись». Как видим, основным междометием для обращения врачей к пациенту является побудительное междометие ну, используемое героем при осмотре больного для организации взаимодействия с ним. При этом довольно резкое междометие ну смягчается частицей -ка, окончанием -те, словоерсом -с и просто интонацией.

В речи одной из второстепенных героинь, матери Дарновского, которую он называет «мамхен», междометия стали основным, с нашей точки зрения, речеобразующим фактором, с помощью которого автору удаётся точно и тонко описать характер персонажа, отметив главные его особенности. Это междометие ах ты, повторяемое «мамхеном» постоянно, много раз подряд, причём как в звучащей речи, так и в подслушанных сыном мыслях: «…А сама думаю – не успею, ах ты, ах ты, как будто это имеет значение». Анализируя мысли матери, герой отмечает: «Голос был совсем чужой, незнакомый, но слова мамины: и это «ах ты, ах ты», и библиотечная начальница Зинаида Прокофьевна…». Данное междометие в речи героини теряет часть своей эмоциональности и выразительности, а его использование позволяет нам увидеть образ слабой, зависимой, излишне суетливой женщины.

Излюбленным междометием важного для повествования героя Ивана Пантелеевича является Э! С помощью этого междометия, стоящего всегда в начале фразы, передаётся чувство удивления, иногда разочарования, а в следующей за междометием фразе часто подытоживается услышанное или увиденное Иваном Пантелеевичем: «Э, брат, так у тебя ещё и речь нарушена…»; «Э, брат, может, я в тебе ошибся?»; «Э, ребята, да вы резвитесь не по-пионерски». Интересно, что это междометие всегда сочетается с нарочито фамильярным обращением брат (ребята). Как средство речевой характеристики данное междометие создаёт образ героя, что-то недоговаривающего, скрывающего. Позже окажется, что это так и есть: Иван Пантелеевич является совсем не тем человеком, образ которого он создавал в глазах окружающих, в том числе с помощью данного междометия.

Рассмотреть роман «Фантастика» с точки зрения использования в нём междометий оказалось особенно интересно в связи с перипетиями его сюжета: один из героев, Дарновский, после контакта с инопланетянами обрёл способность слышать мысли окружающих. В том случае, когда автор рассказывает о Дарновском и смотрит на мир его глазами, приводится множество реплик из внутренних монологов различных героев, от важных для повествования до случайных персонажей. По нашим наблюдениям, в «подслушанную» Дарновским внутреннюю речь автор вводит гораздо больше междометий, чем в реплики, произнесённые вслух. Например: «Контральто произнесло: “Ишь ты, пустая…”» (мысли нянечки в больнице); «Ну давай, бляха-муха, рожай. Батарейка же» (мысли корреспондента радио); «Ура, без поцелуйчиков. Хотя чего это он?»; «Она начала паниковать: “Не работает? Не работает! Другой бы поцеловал. Ну! Ну! Ну пожалуйста!”»; «А, а, то-то! Вот тебе, Людка!»; «Ой, ой, хорошо» (мысли школьной красавицы Регинки, сопровождавшие проводимую на неё Дарновским сексуальную атаку); «Ишь, кобель очкастый, Аньку ему, а хрен в грызло не хошь?» (мысли случайного героя, которого Дарновский расспрашивает о понравившейся девушке); «В санаторий сообщить. Срочно. Эх, маячок бы» (мысли допрашиваемого шпиона) «Как хорошо, как же хорошо, м-м-м, хорошо, ай да кролик» и т. п. Наряду с отрывочностью мыслей, обилием отрицательных и восклицательных предложений, обилие междометий дополняет языковые особенности, демонстрирующие эмоциональность внутренней речи, мыслей героев.

Ещё одной стилистической чертой романа «Фантастика» является обилие монологического повествования с описанием чувств и переживаний героев, Дарновского и Дронова по очереди. И хотя повествование ведётся не от 1-го лица, мы слышим внутреннюю речь каждого из главных героев со всеми её отличительными особенностями, в том числе и междометиями. Анализируя тексты данного типа, можно отметить, что междометия используются не только в диалоге, а в таком подвиде повествования, где собеседник не обязателен, причём довольно часто. Рассмотрим примеры: «Эх, и мне бы пора»; «Эх, если б только не позорная растерянность, не жалко отвисшая челюсть, не прилившая к лицу кровь!»; «На “леди Кулакову” надо было просто скривиться – мол, фи, сэр, что за пошлость»; «Ух, какие перспективы открылись бы перед будущим международником!»; «Эх, знала бы Родина, какой боец невидимого фронта зря пропадает»; «О, Господи, только сейчас до него дошло» (внутренняя речь Дарновского); «Килограммов сорок, ей-богу, подумал он. Пушинка»; «Стоп! Это ж тот парень про дом восемь поминал…»; «Глаза закрыты, а волосы, чудесные волосы медового цвета обриты наголо. Ну, гады!» (внутренняя речь Дронова). Надо заметить, что во внутренней речи первого героя междометий используется больше. Думается, что Б. Акунин довольно точен при формировании речевой ткани повествования: создавая тексты, в которых описываются рассуждения героев в отсутствие собеседника, он уделяет большое внимание точной стилизации монологической речи, вводя в ткань повествования междометия.

Эмоциональные междометия используются с функцией усиления, с их помощью автор создаёт описания самых сложных для героев моментов и реакций героев на происходящие с ними удивительные, нереальные события. Например, ощущения Дарновского в момент осознания им своего телекинетического дара передаются с помощью междометия Аа!, в котором мы слышим и удивление, и потрясение, и ужас: «Вытер слёзы, надел очки, посмотрел мамхену в глаза…: – Аа!». Облегчение героя, когда заканчивается май, полный непонятных, тревожных и странных событий, передаётся с помощью междометия тьфу на него!: «Кончился май (тьфу на него!), расцвело и увяло лето…». Восхищение красотой любимой женщины, увиденной через несколько месяцев вынужденной разлуки, передаётся посредством междометия господи!: «Ну и пусть!.. Господи, какая!» Просторечным междометием Здрасьте! автор выражает удивление героя от неожиданно сделанного вывода, догадки, расставляющей по местам разрозненные факты: «Здрасьте! Ведь здесь работает тесть».

Функция оценки происходящего также характерна для междометий, используемых Б. Акуниным. Рассмотрим примеры: «Эх вы, шестерёнки. Прибежали на готовое» (оценка качеств персонажей); «Тихо, не дёргайся… Слава богу, не перелом» (оценка физического состояния героя в сочетании с передачей чувства облегчения); «Ух ты, – сказал Дронов, увидев в руке у напарника диковинный пистолет» (оценка предмета); «Э, да ведь это Волгоградка!»; «Ах, вот оно что!» (оценка происходящих событий). Междометия не называют оценку прямо, мы догадываемся о ней по контексту, по общеязыковому значению междометия, по интонации, которая предполагается употреблением данного междометия. В любом случае эта оценка является эмоциональной, так как основная функция междометий – выражать эмоции – не исчезает и при использовании их с оценочной задачей.

Мы наблюдаем также использование междометий для передачи состояния героя: «Уф, вымок весь! В ванну полезу, греться» (физическое состояние); «На чём я…? Ах да, патовая ситуация» (состояние растерянности, когда герой не может сориентироваться в происходящем); «Ага, сейчас» (ощущение недоверия, состояние, когда всё сказанное и предложенное воспринимается в штыки) и т. п. Естественно, это состояния, тесно связанные с эмоциями, переживаниями героев, и междометия в данном случае выполняют роли сигналов о тех переживаниях, которые испытывают герои.

Интересно, что если оценить ситуации, в которых в речи героев используются те или иные междометия, с точки зрения спокойствия / конфликтности, то мы заметим, что гораздо чаще междометия символизируют конфликт, назревающие или произошедшие выяснения отношений: «Ах так? Мочи их, Серёга!»; «Многие стояли с самодельными транспарантами и плакатами, шумели, кричали то “ура!”, то “долой!”». Эта ситуация закономерна: именно при сильных эмоциях (а какая эмоция может быть сильнее отрицательной) мы чаще всего используем междометия, в том числе в тех случаях, когда остальные слова уже не в силах передать всех чувств.

Одной из особенностей манеры повествования в данном романе Б. Акунина является использование междометий со стилистической функцией организации текста, что наиболее ярко проявляется, если междометие предваряет или завершает какой-либо тематический отрезок текста.

Междометие может предварять повествование, готовя читателей к восприятию того, что будет излагаться далее. Особенно ярко такая функция междометия проявляется, если оно употреблено в названии. Одна из глав романа – «О, спорт!», и её название сигнализирует о содержании: в главе повествуется о спортивных достижениях Сергея Дронова в течение десяти лет. Это название, кроме того, является аллюзией известного выражения, олимпийского девиза «О спорт, ты мир!», что тоже воздействует на восприятие читателя и готовит его к чтению.

Но гораздо чаще междометия у Акунина используются с целью подведения итога произошедшего, описания или рассуждений героев. В этом случае междометия вводятся в текст, как правило, отдельным абзацем. Приведём несколько примеров: «Уф (отдельный абзац, итог); «Ах, какие чудесные возможности открывал перед ним дар!» (отдельный абзац, итог, в конце главы); «Эх, счастливое было время» (вывод после воспоминаний, отдельный абзац); «Чёрт, чёрт, чёрт!» (отдельный абзац, после рассуждений); «Слава богу, застал дома» (отдельный абзац); «Есть(отдельный абзац); «Тьфу! Опять пустышка!» (отдельный абзац, отрицательный итог поиска). Междометия здесь служат оценке описанного выше, либо демонстрируют внезапную догадку героя после рассуждений, либо служат для выражения сильного чувства (облегчения, досады и т. п.), появившегося у героя после наблюдений за происходящим или размышлений.

Итак, междометия выполняют очень важные функции в современном художественном тексте. Как элемент устной речи они позволяют автору более точно передавать стихию устной речи, создавать речевую характеристику героев, стилизовать произведение или его части. С помощью междометий автор передаёт эмоциональное состояние героев, разнообразные чувства, испытываемые ими. Междометия также подчёркивают динамику повествования, служат для стилистической окраски текста, их использование обязательно связано с созданием живости, непринуждённости, экспрессивности, грубоватости повествования.

В романе «Фантастика» междометия являются сильным характерообразующим элементом, с их помощью Б. Акунин создаёт яркие, отличающиеся от других образы героев, обладающих уникальными речевыми особенностями, в том числе и с точки зрения выбора междометий. Кроме того, междометия выполняют здесь функции передачи отношения героя к действительности, функцию усиления, оценки, передачи состояния героя, текстообразующую функцию (междометия организуют текст, располагаясь перед тематическим отрывком или после него в виде определённого вывода), функцию передачи конфликтного состояния и т. п. В романе ярко показано, что междометия представляют собой подвид внутренней речи, при которой собеседник не обязателен. При создании стихии живой речи Б. Акунин использует междометия как важнейшее стилистическое средство, позволяющее выстраивать повествование таким образом, что создаётся ощущение реальности происходящего.


Библиографический список
  1. Сорокина О.С. Проблема понимания литературных текстов // Вестник Брянского государственного университета. 2010. № 1. С. 163-166.
  2. Бабаева Р.И. Вначале было междометие // Личность. Культура. Общество. 2008. Т. X. № 2. С. 331-338.
  3. Крылова М.Н. Стилистические функции междометий в романе Б. Акунина «Алтын-толобас» // Гуманитарные научные исследования. – № 8. Август 2013 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2013/08/3636. – 13.08.2013.
  4. Поцелуева Н.В., Федуленкова Т.Н. Сопоставительный анализ вербализации эмоций посредством междометных фразеологических единиц (на материале русской, английской и казахской анималистической фразеологии) // Язык и культура. 2012. № 2. С. 72-79.
  5. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. Исследования разных лет. – М.: Художественная литература, 1975. – 504 с.


Все статьи автора «Крылова Мария Николаевна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: