БОБЫЛЕВ Д.В. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ОККАЗИОНАЛЬНОЙ И УЗУАЛЬНОЙ ЛЕКСИКИ В ПОЭТИЧЕСКОМ ТЕКСТЕ


БОБЫЛЕВ Д.В. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ОККАЗИОНАЛЬНОЙ И УЗУАЛЬНОЙ ЛЕКСИКИ В ПОЭТИЧЕСКОМ ТЕКСТЕ


Библиографическая ссылка на статью:
// Филология и литературоведение. 2012. № 10 [Электронный ресурс]. URL: http://philology.snauka.ru/2012/10/334 (дата обращения: 29.04.2017).

Д.В.Бобылев

Нижнетагильская государственная

социально-педагогическая академия

Окказионализмы – явление не новое, они присутствовали еще в речи классиков (например, Н.М.Карамзин в предложении  «Везде знаки трудолюбия, промышленности, изобилия» («Письма русского путешественника») впервые ввел слово «промышленность», позже прижившееся в языке) [9].

Особенно актуальны окказионализмы стали в настоящее время, когда, исходя из проблемы «усталости» традиционных поэтических форм («в целом стихи нынешних авторов обнаруживают усталость поэтических форм, отсутствие ярких открытий» – А.Большакова) [3], поэты активно используют весь арсенал средств, в том числе и словотворчество, причем в значительно больших объемах, чем большинство их предшественников.

Окказионализмы – (от лат. occasionalis – случайный) – индивидуально-авторские слова, созданные поэтом или писателем в соответствии с законами словообразования языка, по тем моделям, которые в нем существуют, и использующиеся в художественном тексте как лексическое средство художественной выразительности или языковой игры [2].

Нередко в источниках, дающих определение этому явлению, в качестве примера приводятся цитаты из творчества  А.Левина [2].

Однако нельзя игнорировать тот факт, что Левин употребляет окказионализмы несравнимо чаще не только поэтов-классиков, но и своих современников. Языковая игра нередко выходит у Левина на первый план, превалируя над содержательным аспектом и тем, что называется поэтичностью; нередко целые стихотворения построены исключительно на словотворчестве. Возникает вопрос: окказионализмы Левина – это явление того же порядка, что и окказионализмы классиков, или же это совершенно другое (пусть не новое – вспомним Д.Бурлюка) явление, отличное от традиционного употребления окказионализмов, когда они вкраплялись в текст, составленный из узуальных слов? И далее, с увеличением частотности придуманных слов, вплоть до их доминирования над традиционными, не возникает ли ситуация,  что в тексте, составленном преимущественно из окказиональных слов, как раз слова канонические тяготеют к выполнению экспрессивной функции? «Целый мир со своими законами природы, со своим животным миром, по-своему логичный и живой» (А.Левин, [7]), созданный поэтом с помощью окказионализмов, представляет узуальную лексику, присутствующую в нем, в качестве чужеродного этому миру объекта, который по контрасту с основным лексическим массивом текста не наделяется ли способностью выполнения функции стилистической фигуры? (Мы не касаемся здесь служебных слов, играющих роль необходимых скреп в любом тексте). О значимости взаимовлияния слов в тексте говорили многое ученые, в частности, глава датского структурализма Л. Ельмслев пишет: «… любая сущность, а, следовательно, также и любой знак определяется относительно, а не абсолютно, и только по своему месту в контексте». «Так называемые лексические значения в некоторых знаках есть не что иное, как искусственно изолированные контекстуальные значения или их искусственный пересказ. В абсолютной изоляции ни один знак не имеет какого-либо значения; любое знаковое значение возникает в контексте…» [4].

Факт традиционного рассмотрения окказионального слова в сопоставлении и противопоставлении его узуальному отмечает, в частности, исследователь О.А.Аксенова [1].

Так, А.Пушкин в романе «Евгений Онегин» для описания сказочного персонажа из сна Татьяны вводит окказионализмы «полужуравль» и «полукот», которые придают всему высказыванию экспрессивно-эмоциональную окраску. Происходит это отчасти благодаря оппозиционности слов индивидуального авторского словообразования всему остальному лексическому массиву текста, где благодаря номинации таким способом существа даже в описанном необычном мире претендуют на исключительность:

Сидят чудовища кругом:
Один в рогах с собачьей мордой,
Другой с петушьей головой,
Здесь ведьма с козьей бородой,
Тут остов чопорный и гордый,
Там карла с хвостиком, а вот

Полужуравль и полукот [10].

По-иному выглядят авторские наименования живых существ в следующем тексте:

Все куда-то превратились.

Вымерли, наверно.

Муравоин кропотливый,

гусельница-дева,

стрекозунья-попрыгунья,

бабочка-летута,

самолетный паукатор,

мухаил-орхангел,

жук-ползук с морским отливом,

тучный комарджоба,

мошка с бантиком ленивым,

стрекотун легатый

и мечтательная с детства

Тетенька улетка.

(А.Левин «Все куда-то подевались…») [5].

В моделируемой автором реальности окказиональные наименования благодаря их большой доле по отношению к прочим словам  (18 против 35 в целом тексте, или 51%,) выглядят уместно и даже органично, т.к. это их мир.

Аналогичную картину наблюдаем в стихотворении В.Хлебникова «Кузнечик»:

Крылышкуя золотописьмом
Тончайших жил,
Кузнечик в кузов пуза уложил
Прибрежных много трав и вер.
“Пинь, пинь, пинь!” – тарарахнул зинзивер.
О, лебедиво!
О, озари!
 [11]

Из данного примера видно, что включение окказионализмов в текст в столь больших  количествах – не изобретение современности, хотя для современной поэзии оно особенно характерно.

В приведенных текстах большая доля окказиональных образований способствует созданию особой художественной реальности, фантастичность которой не способны описать традиционные слова (это, в лучшем случае, было бы многословно), следовательно, необходимость применения словотворчества не обусловливается только лишь художественно-экспрессивной функцией. Иными словами, «окказиональность … играет важную роль в создании новых, созданных в языке, реалий, образующих собой целый вымышленный мир» (О.Аксенова, [1] ), но в подобном контексте ее экспрессивная функция, по меньшей мере, снижается.

В случае, когда произведение практически полностью состоит из окказионализмов, внимание обращает на себя уже каноническая лексика. Так, в стихотворении А.Левина «Как задохали Мурылика» традиционная лексика значительно уступает окказионализмам, кроме того, большинство канонических слов наделяется новыми значениями, не всегда понятными. Исходные лексические значения сохраняют, в основном, местоимения  (указывающие на окказиональные слова):

Но как-то поздней влипотью под ваучер
он в лыбу маковатую ввалил,
где бормочи фуфачили «кубачью»,
где Пырька-хуль кунтыльники мочил
 [6].

По данным социолингвистического эксперимента, в ходе которого респонденты определяли семантику словоформ, входящих в указанный текст, только словоформа «поздней» была интерпретирована в соответствии со своим исконным значением (О.Аксенова, [1]). Вследствие этого можно утверждать о возрастании функциональной роли данного слова по сравнению  с реализацией его в контексте канонических словоформ. Автор мог и это слово заменить окказиональным, или же наделить его новым значением, но не сделал этого только с ним одним. Словоформа «поздней» в результате приобретает дополнительную функцию, оно становится эмоционально окрашенным, и это негативные эмоции. С введением этого слова меняется настроение текста, здесь разделяются своего рода вводная часть стихотворения  и основная; у героя начинаются неприятности, приведшие, возможно, даже к его гибели. «Поздней» сближается таким образом с семантикой конца жизни героя, и, следовательно, содержит оценочный компонент.

В другом произведении Левина, «От Щербы» [8], где также большинство лексики – окказиональная (мы не учитываем служебные слова и местоимения, необходимые для структурной и смысловой целостности), явственно ощущается приниженная, пренебрежительная окраска  искусственных слов (произведение даже опубликовано на атеистическом сайте ATEISM.RU [8]). Отчасти это происходит за счет фонетического сходства окказионализмов с просторечной и даже абсценной лексикой, отчасти – благодаря контрасту с высокой лексикой прототипа – церковнокнижного текста.

В результате относительно небольшое число канонических слов, употребленных автором, изначально стилистически нейтральных, во-первых, обретает дополнительную функцию – делает узнаваемым прототип («почитай бокра своего и бокренка своего» - ср. «почитай отца своего и мать свою»), во-вторых, по контрасту с «приниженными» окказионализмами, берет на себя роль возвышенной лексики (хотя часть лексики изначально стилистически высокая, эта окраска распространяется и на нейтральные канонические слова), а вкупе с «приниженными» окказионализмами способствует созданию комического эффекта («Не делай себе бокра из будлания своего…»).

Данная статья не претендует на полномасштабное исследование свойств узуальных слов в окказиональном дискурсе, это скорее попытка обратить внимание на саму возможность иного их функционирования в указанном контексте, на их способность в результате этого приобретать новые стилистические особенности и диффузность семантики, и, с другой стороны, на способность окказионализмов воздействовать таким образом на узуальную лексику.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Аксенова О. Языковая игра как лингвистический эксперимент поэта  / О.Аксенова [Электронный ресурс]. URL: http://www.levin.rinet.ru/ABOUT/Aksenova2.html.

2. Белокурова С.П. Словарь литературоведческих терминов / С.П. Белокурова.  [Электронный ресурс]. URL:  http://literary_criticism.academic.ru/221/%D0%BE%D0%BA%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%D0%BC%D1%8B.

3. Большакова А. Современная литературная ситуация: смена парадигмы / А.Большакова [Электронный ресурс]. URL:  http://hghltd.yandex.net/yandbtm?text=%D1%83%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C%20%D0%BF%D0%BE%D1%8D%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D1%85%20%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC&url=http%3A%2F%2Fwww.rospisatel.ru%2Fbolshakova-sovremennaja%2520literatura.htm&fmode=inject&mime=html&l10n=ru&sign=97a86b313c5d56d34ddc339a55bfc081&keyno=0.

4. Ельмслев Л.T. Пролегомены к теории языка / Л.Ельмслев. – М.: КомКнига, 2006. – 248 с.

5. Левин А.Ш. Biomechanics / А.Левин [Электронный ресурс]. URL: http://www.levin.rinet.ru/BIO/bio/30.htm.

6. Левин А.Ш. Как задохали Мурылика / А.Левин [Электронный ресурс]. URL: http://www.levin.rinet.ru/BIO/ling/21.htm.

7. Левин А.Ш. О себе / А.Левин [Электронный ресурс]. URL: http:// levin.rinet.ru/.

8. Левин А.Ш. От Щербы / А.Левин [Электронный ресурс]. URL: http://www.ateism.ru/forum/viewtopic.php?f=7&t=4792.

9. Насонова Е.Ю. Окказионализмы как составляющая идиостиля / Е.Ю.Насонова [Электронный ресурс]. URL: http://rudocs.exdat.com/docs/index-199167.html.

10. Пушкин А.С. Евгений Онегин / А.С. Пушкин [Электронный ресурс]. URL: http://az.lib.ru/p/pushkin_a_s/text_0170.shtml.

11. Хлебников В.В. Кузнечик / В.Хлебников [Электронный ресурс]. URL: http://vcisch.narod.ru/ZUZZU/KUZNETHIK/Kuznethik.htm.



Все статьи автора «olmer»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: