ФЕДУРКО Ю.В. СИНЕРГЕТИКА ЧЕЛОВЕКОМЕРНЫХ СИСТЕМ: РЕЧЕВАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, МЕНТАЛЬНЫЙ ЛЕКСИКОН, ТЕКСТ, СЛОВО


ФЕДУРКО Ю.В. СИНЕРГЕТИКА ЧЕЛОВЕКОМЕРНЫХ СИСТЕМ: РЕЧЕВАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, МЕНТАЛЬНЫЙ ЛЕКСИКОН, ТЕКСТ, СЛОВО


Библиографическая ссылка на статью:
// Филология и литературоведение. 2012. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://philology.snauka.ru/2012/04/151 (дата обращения: 05.05.2017).

Ю.В. Федурко, кандидат филологических наук,

ассистент кафедры иностранных и латинского языков

ГБОУ ВПО Тверская государственная медицинская академия Минздравсоцразвития России.

 

Возможность построения конструктивных моделей сознания, мышления, языка на сегодняшний день реализуется при помощи междисциплинарных подходов. Эта идея наиболее полно отражается в синергетической методологии, позволяющей интегрировать достижения разных наук, занимающихся проблемами сознания человека, его когнитивных способностей: когнитивной лингвистики, психологии, психолингвистики, философии разума, нейрофизиологии.

Объекты изучения синергетики – сложные системы, состоящие из нескольких или многих одинаковых или разнородных частей, которые находятся во взаимодействии друг с другом; эти системы подвержены внутренним и внешним колебаниям, открыты к обмену веществом или информацией со средой, вследствие чего становятся нестабильными и самоорганизуются.

Одним из первых применений идей синергетики для объяснения феномена ментального лексикона можно считать психолингвистическую теорию А.А. Залевской  [4]. В основу данной системы легли представления о лексиконе как динамической самоорганизующейся системе, интегрирующей процессы взаимодействия перцептивных, когнитивных и аффективных процессов. Пространство ментального лексикона представлено ассоциативной сетью с центральной зоной пересечения множества разнонаправленных связей, все более разрежающихся по направлению к периферии [4,5].

Синергетический подход применяется и в области исследования языковых явлений. Представители Барнаульской психолингвистической школы предлагают рассматривать речевую деятельность как самоорганизующуюся систему, при этом свойства и характеристики языковых элементов зависят от условий их существования и способа установления этих свойств. Кроме того, перевод может быть рассмотрен как синергетический речемыслительный процесс [1,2,3].

Для описания природы слова как феномена, которому присущи все свойства живого организма, исследователи все чаще используют достижения синергетики. В рамках такого направления, как лингвосинергетика, речевая деятельность рассматривается как самоорганизующаяся система, говорится о нелинейном характере ментальных процессов [1]. Исследователи, работающие в русле лингвосинергетики, подчеркивают значимость исследования асистемных явлений, поскольку при более внимательном рассмотрении они обнаруживают закономерности своего «случайного» появления и функционирования.

Утверждается, что «… любое языковое/речевое явление необходимо рассматривать только как процессуальную стадию его эволюции, при этом, учитывая, что разнонаправленное развертывание процессов в разных областях эволюционирующей системы содержит информацию о прошлом и будущем  развитии системы» [2: 15].

Согласно данной концепции слово рассматривается с позиций «… взаимодействия личностных смыслов, объединенных интегративным компонентом, который в структуре смысла выступает как креативный аттрактор: с одной стороны, он является основой для формирования новых и новых личностных смыслов, с другой – именно креативный аттрактор как бы “программирует” их образование, в какой-то степени ограничивая их множество» [Op. cit.: 54].

По мнению Н.Л. Мышкиной, текстом является любое двустороннее языковое образование (от одной графемы или одного слова до целостного множества предложений-высказываний), имеющее смысл и обладающее свойствами спонтанности, системности и синергии, функционирующее как саморазвивающаяся и самоорганизующаяся система. Самодвижение текста как энергетического бытия – его внутренняя жизнь – ведет через мерцательную игру смыслов к точечной энергопульсации его сущности, что в совокупности осознается как смысл текста (цит. по [6: 17]).

Анализируя работы этого автора, А.А. Залевская ставит вопрос о том, может ли текст быть признан подлинным текстом в единстве его формы и содержания без учета процессов его продуцирования и понимания. По мнению А.А. Залевской  «… именно коллективное знание задает те ориентиры, в соответствии с которыми продуцент текста придает последнему определенную структуру, отвечающую принятым культурой требованиям к языковому оформлению содержания высказывания (текста в широком смысле)» [Op. cit.: 14]. Большая роль этих требований создает иллюзию «саморазвития» текста, но без энергии индивида, направленной на означивание текста как сложного языкового знака при постоянном взаимодействии вербального и невербального, перцептивного, когнитивного, аффективного опыта, индивидуального и коллективного знаний тело текста лишено энергии [Ibid].

А.А. Залевская приходит к выводу, что подлинная жизнь текста неразрывно связана с продуцирующим или воспринимающим его человеком, вне взаимодействия с ним оно «тело текста» остается «… звуковым шумом или цепочкой каких-то фигур, не становящихся знаками до тех пор, пока не появится некто, способный приписать им значение – означить» [6: 21].

В данном контексте убедительно прозвучат слова У. Эко о том, что если в процессе коммуникации участвует человек, то речь должна идти о мире смысла и о процессе означивания, ведь сигнал при этом уже более не просто «… ряд дискретных единиц, рассчитываемых в битах информации, но скорее значащая форма, которую адресат-человек должен наполнить значением» [9: 62]. По мнению У. Эко,  в миг достижения адресата сообщение “пусто”. Но эта пустота представляется как «… готовность к работе некоего означивающего аппарата, на который еще не пал свет избираемых мною, чтобы высветить его смысл, кодов» [Op. cit.: 466–467].

Г.Г. Москальчук рассматривает закономерности формообразования текста как природного объекта на материале обширного корпуса текстов различной стилистики. По мнению этого исследователя, форма текста является результатом смыслопорождающей активности человека и репрезентативной функции языка [7: 254]. Так как структурная организация текста обусловлена законами природы, вопросы, связанные с его самоорганизацией, должны рассматриваться в тесной связи с человеком. Таким образом, в тексте как открытой неравновесной системе упорядоченность существует только благодаря притоку энергии от человека.

По мнению Г.Г. Москальчук, текст является продуктом интеллектуальной деятельности человека, представляющим сгусток информации, облеченный в определенную форму [8].

При восприятии текста человек воспринимает его информационную и структурную негэнтропию, накапливает и использует информацию, которая в свою очередь возбуждает энергетические посылы организма и интеллекта, «то есть, энергия, вложенная в структуру текста его автором, трансформируется в тексте в систему языковых символов и знаков, обладающую определенной структурной организацией и заключающей в себе определенный объем информации» [8].

Социолог Эдвина Таборски занимается проблемами семиозиса в русле учения Ч. Пирса с привлечением философии Аристотеля и современных подходов, принятых в теории хаоса и теории сложных систем. Cсылаясь на учение Аристотеля, она говорит, что основой жизни во всех ее формах – физической, химической, биологической и понятийной – является энергия, которая может существовать, только если она кодифицирована или семиотически организована в действительность, т.е. когда она находится в состоянии информации. Именно это состояние информации, согласно Э. Таборски, называется знаком. Отсюда следует, что семиозис, или означивание, – это происходящий внутри взаимодействий акт трансформации энергии в информацию, т.е. в экзистенциальную действительность в пределах принятых наборов привычных отношений. Эти отношения представляют собой более или менее устойчивые сферы принятых законов взаимодействий, которые обеспечивают непрерывную кодификацию, а следовательно, непрерывность энергии как информации [10: 599–600].

Рассмотренные выше концепции говорят об успешном применении синергетического подхода для изучения таких человекомерных систем, как ментальный лексикон, речевая деятельность, текст, слово.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Босова Л.М., Герман И.А. Перспективы использования полевой модели в современной лингвистике // Методология современной лингвистики: проблемы, поиски, перспективы: Сборник статей. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2000. – С.52–57.
  2. Герман И.А. Лингвосинергетика: Монография. Барнаул: Изд-во Алтайской академии экономики и права, 2000. – 168 с.
  3. Герман И.А., Пищальникова В.А. Введение в лингвосинергетику: Монография. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 1999. – 130 с.
  4. Залевская А.А. Проблемы организации внутреннего лексикона человека. – Калинин: Калинин. гос. ун-т. – 1977. – 83 с.
  5. Залевская А.А. Вопросы организации лексикона в лингвистических и психолингвистических исследованиях. – Калинин: Калинин. гос. ун-т. – 1978. – 88 с.
  6. Залевская А.А. Текст и его понимание: Монография. – Тверь: Твер. гос. ун-т, 2001. – 177 с.
  7. Москальчук Г.Г. Структура текста как синергетический процесс. – М.: Едиториал УРСС, 2003. – 296 с.
  8. Москальчук Г.Г. Текст как природный объект // http://www.informika.ru/text/magaz/pedagog/pedagog_7/a12.html
  9. Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию / Пер. с итал. – СПб.: «Симпозиум», 2004. – 544 с.
  10. Taborsky E. Semiosis: The transformation of energy into information // Semiotica: Journal of the international association for semiotic studies. – Berlin; New York: Mouton de Gruyter, 1999. – Vol. 127. – №1/4. – Pp. 599–611.

 

 

 



Все статьи автора «Yulija»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: